Коронавирус в Краснодарском крае. Официальная информация

№ 88 (14373)

издается с 27 февраля 1918 года

Писатель из Анапы написал новую остросюжетную повесть

26 апреля

Виктория Сологуб

Эта повесть стала, пожалуй, главным моим литературным удивлением последнего времени. Конечно, стихи и проза Сергея Левина, написанные напряженно, объемно и свежо, мне нравились всегда. Но это было что-то настолько новое, что просто не могу не поделиться впечатлениями.

Открыла книгу в синенькой обложке поздно вечером – просто прочитать перед сном пару страниц о приключениях подростка Кости Котова. И уже не смогла оторваться. Одна глава, другая…. Перед глазами разворачивалась человеческая драма. А ведь и впрямь детство – оно зачастую только кажется беззаботным. А для юного человека мир бывает беспощадно жесток и холоден. И если одиночество, то с полнеба. И самое страшное – даже не пацаны, которые «доколебываются» до тебя после школы, а трагедия близкого человека. А ты ничего сделать не можешь, только, как в страшном сне, беспомощно, с ватными руками и ногами падаешь в черный бездонный колодец.

Поразительно, как автор рискнул вообще взяться за тему наркомании. Тем более – рассказывать о беде наркозависимого от лица его сына-подростка: «Да и не отец это был, а человек-стекло как в фильме Шьямалана: хрупкий, ломкий, но опасный, способный иссечь острыми гранями».

Но кульминация ужаса – рассказ об острове, где отец переживал жуткую ломку. К примеру, вот это место: «Кожа на лице казака вздулась розовыми пузырями, глаза выпучились, белки в них словно вскипели – белое с чёрным забулькало и перемешалось в мутный бульон. В один миг тело парня вместе с одеждой развалилось на кровавые лохмотья, попадало на землю бесформенными клочьями, и перед костром вновь оказался дьявол – улыбающийся гаже и саркастичнее прежнего».

Так явственно, что аж холодок между лопаток. Не иначе, здесь любимый Сергеем Лёвиным Стивен Кинг «ночевал»!

Да, в повести много драматичных моментов. Но детство – оно как та самая большая река, которая уносит все страшное и мутное. Костя переезжает к деду в кубанскую станицу, где находит друзей, узнает историю своей семьи, становится сильнее.

И благодаря этой книге ты сам, будто на машине времени, переносишься в свое детство. Вот читаешь-читаешь и вдруг – бац! – и тебе тоже пятнадцать! И у тебя в запасе целое лето! И столько нужно успеть, понять, попробовать и ощутить… И знаете, я ощутила. Я вспомнила. Вдохнула аромат румяных пышек и малинового варенья, которое моя бабушка помешивала в огромном алюминиевом тазу, вдохнула тепло только что вылупившегося цыпленка, запах свежескошенной травы и летнего зноя. И мы так же, как Костя, с пацанами и девчонками ходили поход – жечь костёр и печь картошку в золе. А в спальне моего дедушки была такая же старая, но крепкая металлическая панцирная кровать. И на тумбочке, рядом с корвалолом, так же лежали вчерашняя «Правда», журнал со сканвордами, ручка и очки.

Портреты Сергею Лёвину особенно удаются. Вот так, всего несколькими штрихами:

«Отец жестикулировал, нервно всплёскивал руками, словно хилое деревце ветвями от штормовых порывов. У коренастого, крепко сложенного седовласого старика брови были насуплены, лицо чисто выбрито, глаза голубые, прозрачные как зимнее небо».

А деда Сергей Лёвин будто с моего списал. Или со своего?

– Ну, признаюсь, что отчасти с моего родного деда списан. Только он не был казаком. Так что образ собирательный. Такие деды есть и среди казаков, и среди обычных ветеранов войны и труда – честные, настоящие, – с улыбкой объяснит Сергей уже потом, в ответ на мои расспросы.

Дед нашего героя – великолепный рассказчик. Его устами автор рассказывает нам о «пластунах», о деде своем, который в Первую мировую на Западном фронте одиннадцать австрияков на сало поймал. Об отце, который всю Великую Отечественную прошел, о друге Саше Запорожском, который потерял ноги в Чечне, в тяжелейших боях на подходах к Грозному в 1999 году. О казаках, которые на Перекопе стояли и не пустили в Крым националистов. А его почти детективные истории из будней следователя вообще читаешь взахлеб. Например, как «Москвиченка» украли дважды. Да что там, остросюжетная история разворачивается на страницах книги. Причем, настолько резонансная, что даже губернатор Кубани на заседании совета безопасности, заявил, что «виновный в происшествии, прозвучавшем на всю страну, должен был найден и наказан».

Слог и стиль автора просто изумительны! Столь точных и ярких эпитетов и сравнений я давненько не встречала. А еще, читая книгу, поймала себя на мысли, что ни единого слова не хочется убрать, сократить. Каждое на своем месте. Оттого она не отпускает, не дает перевести дух, сохраняя неизменно напряженный ритм.

Как признался автор, над книгой он работал три года. Как коллега-журналист представляю, какая серьезная работа с текстом проделана. И при этом никакой приглаженности. Речь живая, пульсирующая. Станичные казаки, заезжие городские мажоры, местные пацаны.

Книга дарит счастье, грусть, переживания, полное погружение в атмосферу детства и… лета.  Её как раз идеально и будет читать с детьми, чтобы понять – сколько всего прекрасного вокруг нас. И как жизнь ошеломительна. Спасибо автору!

Читайте еще новости Анапы