«Восемьдесят лет спустя Василий Кулаков вернется домой». Ростовские поисковики нашли место гибли нашего земляка в 1942 году

Осенью 2024 года поисковиками поискового отряда «Донской» имени А. Калинина неподалеку от станицы Мигулинской Ростовской области были найдены фрагменты подбитого советского самолета. Поисковики быстро установили и самолет, и его летчиков. Как оказалось, в составе экипажа был анапчанин Василий Михайлович Кулаковский.

«Я видел падение самолёта»

Об этой находке нам сообщил заместитель командира поискового отряда «Донской» Максим Дуля. А началось все со знакомства с 91-летним жителем станицы Мигулинской Петром Стефановичем Ландиным. Мальчишкой он стал свидетелем падения нашего самолета. Жил он тогда в хуторе Воробьёвка на левом берегу Дона. К сожалению, сейчас на карте его уже нет. Но именно там, в километре южнее хутора, и были сделаны находки.

Вот что рассказывает пожилой человек:

«Было это в середине июля 1942 года. Как-то вечером, в районе 11 часов, я наблюдал крушение пылающего самолета. На следующий день мать отправила меня гнать скот к Дону. Тут я и увидел страшную картину. Хвостовая часть самолета лежала в стороне. Правое крыло было целым, а левое разбито на мелкие части. Также была оторвана кабина. Когда я стал в нее заглядывать, то обомлел от страха: в кресле сидел полностью обгоревший до костей пилот. Немного дальше лежал другой пилот с парашютом. Старшие пацаны забрали себе купол, а я отрезал стропы. Тяжелое было время, а в хозяйстве пригодятся… В метрах 100–150 лежали два двигателя. Они были целыми, но лопасти погнулись. В то время наш хутор еще не был занят немцами. А недалеко от него дислоцировалась наша стрелковая часть. Через три дня после падения самолета в хутор пришли два солдата, им кто-то сообщил о произошедшем. Они попросили показать это место. В метрах десяти от кабины была небольшая воронка. Расширив ее, они похоронили обоих летчиков, поставив крест uз сбитых досок. Двигатели после войны увезли. А могила долгое время еще была».

Как сказал дедушка, он неоднократно пытался добиться у властей ее переноса, но безуспешно. Сейчас она вовсе исчезла.

У Петра Стефановича на протяжении вот уже 82 лет хранится штурвал от этого самолета, и он все эти годы живет с надеждой передать его родным пилота.

Разведка

Ну а поисковики начали разведку. Первый выезд совершили 6 октября прошлого года, второй – 30 ноября. В результате были найдены множественные фрагменты боевой машины.

Самолет, видимо, пытались посадить. Но донские пески с барханами не позволили советским летчикам сделать это в ночное время. Обломки тянулись на протяжении более 250 метров.

По шильдам на кусках фюзеляжа был установлен авиационный завод № 126, выпускавший бомбардировщики дальнего действия Дб-Зф.

Среди обломков также был найден полный комплект номеров: самолета (№ 2304) и моторов (№ 871936 и 871629). Это позволило установить, что самолет из состава 836-го авиационного полка дальнего действия 113-й авиадивизии, и был списан 18 июля 1942 года как не вернувшийся с боевого задания.

Сохранился также «Отчет о боевой работе 113 ад дд за июль месяц 1942 года». В нем значится, что в составе 836-го авиационного полка дальнего действия имеется потеря – экипаж в составе:

Семёнова Бориса Никифоровича, лётчика, капитана;

Федунова Николая Михайловича, штурмана, капитана;

 Блохина Иван Васильевича, начальника связи авиаэскадрильи, старшины, стрелка-радиста;

Кулаковского Василия Михайловича, воздушного стрелка, младшего сержанта.

В «Именном списке безвозвратных потерь личного состава частей 113-й авиационной дивизии дальнего действия» сохранилась следующая информация.

Кулаковский Василий Михайлович, 1920 года рождения, был уроженцем и проживал в станице Анапской Анапского района Краснодарского края. На военную службу был призван Анапским РВК в 1939 году. В графе «родственники» указан отец – Кулаковский Михаил Абрамович, также проживавший в станице Анапской.

Как следует со слов Петра Стефановича Ландина, в кабине упавшего самолета были тела двух летчиков.

– Еще двое стрелков, которые были в хвостовой части самолета, вероятнее всего, выпрыгнули с парашютом, – предполагает замкомандира поискового отряда «Донской» Максим Дуля. – Есть информация, что летом во время оккупации к хутору Больше-Наполовский вышли два летчика. Один был ранен и прятался в овраге, его, как могли, лечили местные жители, но он все-таки умер. Похоронили его в леваде. Место захоронения люди знают. Второго летчика немцы взяли в плен и расстреляли. Его местные жители похоронили на гражданском кладбище. За могилой ухаживали, и все говорили, что это летчик. Впоследствии эти люди ушли из жизни, и сейчас никто не знает, где находится могила. Получается, пилота и штурмана видел погибшими Пётр Стефанович, а двое стрелков погибли при других обстоятельствах. Но с боевого задания не вернулся весь экипаж.

Отец героя

На сегодня изо всего погибшего экипажа поисковикам удалось разыскать только родственников стрелка-радиста Ивана Блохина. Что касается летчика Бориса Семёнова, то никто из родных, к сожалению, пока не отозвался. Не увенчались успехом и поиски близких штурмана Николая Федунова.

– По документам, жена Федунова проживала в Тбилиси. А по месту его рождения – в Калужской области вроде как были родной брат с семьей, но они в 1951 году уехали в Херсон, и там следы их обрываются, – продолжает свой рассказ Максим Дуля. – Но мы не теряем надежды найти кого-то из родных анапчанина, воздушного стрелка Василия Кулаковского. Учитывая, что призван он был в девятнадцать лет, можно предположить, что собственной семьи у него не было. Но вполне могли быть родные или двоюродные братья и сестры, потомки которых живут в Анапе или Анапской. Так что вся надежда на вас, анапчан.

Мы, конечно, сразу же опубликовали в телеграм-канале «Анапского Черноморья» с просьбой отозваться всех, кто знает родственников Василия Кулаковского. И люди отозвались в тот же день! Нам писали в комментариях, рассказывали об отце нашего стрелка-радиста, Михаиле Абрамовиче Кулаковском. Оказывается, старожилы Анапской его хорошо помнят. Он тоже был герой, воевал. Вернулся, женился. Так что это его вторая семья. И он никогда не вспоминал про свою первую семью – ни про жену, ни про сына. Почему? Непонятно.

Позвонила его правнучка Ася Цыганова. Она рассказала, что бережно хранит все воспоминания и документы, в том числе про Михаила Абрамовича Кулаковского.

– Мой прадед Михаил Абрамович прошел всю войну. Умер в 1975 году, а я 1980 года рождения, так что его не застала, – рассказывает Ася. – У меня хранится его свидетельство о браке: в 1949 году, то есть уже после войны, они с прабабушкой Марией Павловной Яровенко поженились. Это его второй брак. Детей у них не было. Были двоюродные племянники, племянницы. Но о сыне от первого брака я никогда не слышала. По воспоминаниям близких я знаю, что прадеда все любили. Он был очень хороший человек, добрый к детям, хотя они и не были ему родными по крови. Мои мама и тетя вспоминали, как он рассказывал им разные истории перед сном, как любили утром устроиться около него на постели и подолгу слушать его рассказы. Жили они в угловом доме на Партизанской/Конституции. Работящие были, держали подсобное хозяйство, огород, виноград выращивали. Дом давно продали, там уже, конечно, совсем другие люди живут. Информацию о том, что прадед воевал, его боевой путь я раскопала на сайте «Память народа», когда началась акция «Бессмертный полк». С его портретом мы и наши дети ходили в его колоннах много лет.

Михаил Абрамович Кулаковский действительно в Анапе был человек известный и уважаемый. Родился в 1897 году в Орловской области. Воевал. Будучи уже возрастным бойцом, на фронте служил ездовым в транспортной роте. Доставлял боеприпасы на передовую. И делал это самоотверженно, не случайно был удостоен главной награды солдатской доблести – медали «За отвагу». После войны принимал активное участие в общественно-политической жизни станицы, был депутатом, представлял интересы станичников во втором послевоенном созыве сельсовета. К примеру, в январе 1948 года на своей сессии депутаты решили до весны построить межколхозный клуб в станице Анапской, посадить сад на Первомайской площади, восстановить станичный клуб.

Наконец, позвонил житель Анапской Александр Снопок, который тоже рассказал много интересного.

– Михаил Абрамович сам был уроженцем Орловской области. В Анапу попал в Гражданскую войну, – сообщил Александр Павлович. – Он был военным, красноармейцем. Сестра моей бабушки, Евдокия Никитична, была замужем за «зеленым» – партизаном. И ее мужа красноармейцы застрелили где-то в горах. Ее тоже арестовали и вполне могли бы расстрелять, но Кулаковский спас ее. Она вышла за Михаила Абрамовича, у них родился сын. Потом она умерла, ее похоронили в Анапской. На кладбище крест дубовый до сих пор стоит.

Так что, возможно, Евдокия Никитична и есть первая жена Михаила Абрамовича Кулаковского и мать Василия.

К сожалению, фотографию младшего сержанта Кулаковского Василия Михайловича – воздушного стрелка экипажа, героически погибшего в боях за родную землю, нам так и не удалось найти. А вот портрет отца теперь у нас есть.

Вернуть из небытия

– Безусловно, первостепенная задача нас, поисковиков, – донести до родных, пусть и дальних, информацию, что спустя столько лет экипаж вернулся с боевого задания, – говорит Максим Дуля. – Вот этот экипаж: по всем документам они числятся пропавшими без вести 18 июля 1942 года. Страничка стрелка-радиста Ивана Блохина есть на сайте «Бессмертный полк», и там указано, что 18 июля 1942 года он не вернулся с боевого задания из-под польского Гданьска. Как вы понимаете, в 1942-м ни о каком Гданьске не было и речи. Мы нашли родного племянника Блохина, он подполковник в отставке, участник боевых действий. И когда я предоставил ему всю информацию, он говорит: «Ну вот, теперь вся картина и восстановилась! Я как офицер и человек, который тоже занимается исследованиями, понимал, что в 1942-м полк не мог находиться в Гданьске». Поэтому для него это была действительно радостная весть. Ну и для нас тоже.

Как рассказывает Максим, их сводный поисковый отряд на протяжении пяти лет занимается поиском мест падения советских самолетов.

– Наш отряд эксгумировал останки уже более 550 советских солдат. Это на территории Константиновского и Семкаракорского районов Ростовской области. Что касается непосредственно самолетов, мы довольно молодые авиапоисковики, не сравнить с «Кубаньпоиском» и другими крупными организациями, но за 5 лет мы нашли 16 самолетов только на территории нашего района – советские, немецкие, итальянские. Процентов на 70 установили экипаж, обстоятельства гибели.

К 9 Мая поисковики вместе с краеведами Семикаракорского района планируют непосредственно на месте падения самолета поставить табличку с фотографиями всех членов экипажа.

– Правда, там сейчас место непроходимое, хутора нет, только лес, где больше охотники да рыбаки проезжают, – замечает Максим. – Но зато в нескольких километрах идет основная трасса на станицу Вёшенскую. Вопрос уже прошел согласование с администрацией. Выделяется кусочек земли и там будет памятник. Договариваемся с воинской частью, чтобы хвост самолета вмонтировать, пусть даже современного. Хотим всю информацию там разместить, чтобы люди знали, понимали и помнили, какие ожесточенные бои с фашистами проходили здесь, на нашей земле.

Ну а мы очень хотели бы к 9 Мая вернуть имя героя-аначанина на родную землю, и донские поисковики готовы нам в этом помочь. И пусть нет возможности перенести останки, можно было бы привезти в Анапу горсть земли, в которую ушел наш герой. И нанести его имя на монумент у Вечного огня в станице Анапской. Ведь мы помним своих героев, не так ли? И это сегодня нужно уже не им, а нам.